Политика

Шансы движения сопротивления на успех в краткосрочной перспективе пока не очевидны. В то же время лёгкой жизни у властей на ближайшее время не предвидится. 

Схожий почерк действий террористов в Сирии и на Украине, предполагающий тотальное разрушение инфраструктуры и массовые убийства гражданского населения, – неотъемлемая часть западной методы ведения боевых действий.

Большая кровь – это именно то, что нужно западным пришельцам, готовым положить всех без исключения соседей России на алтарь своего маниакального безумия и преступного геополитического авантюризма.

Первый тур выборов А. Бибилов проиграл – две трети пришедших на выборы избирателей отказали ему в доверии. Вхождение в состав России закрывает для Южной Осетии проблему безопасности.

Появление в западном альянсе признаков разлада увеличит возможности Эрдогана к «стратегической автономии» во внешней политике. Насколько ему и его окружению это будет удаваться – покажут уже ближайшие месяцы.

В Восточной Азии военно-биологическая сеть Пентагона охватывает территории Бутана, Бангладеш, Вьетнама, Камбоджи, Лаоса и Филиппин, и вот теперь к ним может добавиться ещё и Монголия.

Взаимный интерес очевиден, однако на Востоке особенно значим фактор личных взаимоотношений между лидерами – и здесь, мягко говоря, не всё так гладко.

Участие радикальных исламистов – большой репутационный минус для нынешних властей Украины в глазах международного сообщества и в первую очередь исламского мира. 

У Турции есть и своя хорошо организованная боевая сила в Европе, способная обеспечить соблюдение правопорядка, если существующие европейские силовики не справятся с возможными беспорядками.

Расчёт Анкары на примирение с Дамаском мог бы стать реальностью в случае сокращения (или полного сворачивания) российского присутствия в Сирии, потери влияния там Ирана и при отказе США от поддержки местных курдов.

Турецкое руководство во главе с Реджепом Тайипом Эрдоганом не оставляет настойчивых, доходящих до назойливости усилий, направленных на прекращение российской военной операции на Украине.

Успешное завершение СВО откроет перспективы оздоровления и взаимно заинтересованного обсуждения актуальных вопросов российско-грузинских отношений.

Как и в случае с Афганистаном, США превратили Украину в рассадник экстремизма, что привело к разрушению государства. 

Предполагаемое трёхстороннее партнерство Москвы. Пекина и Нью-Дели, всё более заметное по ходу украинского кризиса, позволяет лучше понять причины паранойи Запада.

Грузинские власти, насколько это возможно, стремятся сейчас блокировать экстремистские призывы и не портить отношения с Москвой.

Новые конфликты на просторах Евразии, да и всего остального мира, будут разжигаться по украинскому сценарию, который внимательно изучается за океаном. 

В отличие от Вашингтона, Москва предлагает государствам Персидского Залива принципиально отличный от Америки формат, предполагающий равноправное партнёрство, основанное на взаимном уважении.