Политика

Сотрудничество России и Сирии выходит на новый уровень – межрегиональный: теперь субъекты двух стран смогут самостоятельно заключать договоры по тем направлениям, которые их интересуют, будь то энергетика, сельское хозяйство или строительство.

Несмотря на заметный вклад некоторых постсоветских республик (прежде всего, Казахстана и Азербайджана), признанным «локомотивом» тюркской интеграции является, безусловно, Турецкая Республика и её президент Реждеп Эрдоган.

Одна из причин значительного внимания, уделяемого Ак-Сараем пропаганде идей «тюркского мира» – пробуксовка «общемусульманского» интеграционного проекта, в реализации которого у наследников османского халифата немало конкурентов.

За четыре года до окончания первого пятилетнего срока пребывания российских миротворцев в Карабахе, перспективы за горизонтом 2025 года кроются в тумане неопределённости.

В случае реализации Киевом силового сценария на Донбассе западные партнёры отрабатывают упреждающие действия на случай того, что они именуют «российским военным вмешательством».

Действуя на многих уровнях и по разным направлениям, российская сторона пытается в максимальной степени совместить противоположные устремления многочисленных участников «большой ближневосточной игры».

Пример строительства «плотины Ататюрка» в рамках «проекта Юго-Восточной Анатолии», с неблагоприятными последствиями для Сирии и Ирака, наглядно демонстрирует долгосрочные последствия подобного рода проектов.

Многое из того, что до прихода к власти Эрдогана казалось едва ли не фантастикой – ныне либо уже реализовано, либо приобретает реальные очертания.

Актуальные региональные проблемы и далее будут с разной степенью эффективности обсуждаться в рамках устоявшихся двухсторонних и многосторонних форматов.

Опасения относительно возможной российско-китайской «конкуренции» за влияние в Таджикистане едва ли имеют под собой серьёзные основания. 

Возможно, именно результативная деятельность астанинской «тройки» и её гипотетическое расширение (за счёт того же Египта) продемонстрирует позитивные наработки в решении региональных кризисов.

Исходя из наличия серьёзных интересов турецких элит на Западе, можно предположить, что курс на «рационализм» и «прагматизм» в диалоге Анкары с США и Европейским Союзом будет продолжен.

И сирийцы при поддержке иранцев, и курды при поддержке США в настоящее время также деятельно заняты подготовкой к предстоящим военным действиям, по-видимому – практически неизбежным.

Едва ли стоит рассчитывать на то, что региональные противники Ирана, и прежде всего Израиль, станут «аплодировать» диверсификации военно-политических связей Тегерана и тем более его выходу из частичной региональной и международной изоляции.

 Растущие разногласия с США и Россией, прежде всего в «сирийском вопросе», предполагают развитие Анкарой «альтернативных» альянсов. 

Несмотря на известные разногласия между Москвой, Дамаском и Тегераном с одной стороны, и Анкарой с другой, все они не считают присутствие США в Сирии бесконечным.

Имеющиеся «окна возможностей» располагающие многовековым опытом наследники «Блистательной Порты» пытаются распахнуть в своих интересах как можно шире, но делать это до бесконечности едва ли возможно.