АЭС «Аккую»: Турция осваивает «мирный атом»
![](https://kavkazgeoclub.ru/sites/default/files/styles/bigimagesnews/public/or-59156.jpg?itok=dj1Cqx41)
27 апреля президенты Турции и России Реджеп Эрдоган и Владимир Путин приняли участие (в формате видеоконференции) в торжественной церемонии по случаю завоза ядерного топлива российского производства на энергоблок № 1 первой на турецкой территории атомной электростанции «Аккую» в южной провинции Мерсин на берегу Средиземного моря. Строительство объекта стоимостью 20 млрд. долл. и совокупной мощностью 4800 мегаватт в год, призванного закрыть 1/10 энергопотребления Турции, началось более 10 лет назад силами дочерней компании «Росатома», не без споров между хозяйствующими субъектами, с перспективой ввода в строй в год 100-летия провозглашения Мустафой Кемалем «новой Турции».
«…С доставкой ядерного топлива на нашу атомную электростанцию по воздуху и по морю "Аккую" получила статус атомного объекта. Таким образом, наша страна поднялась в лигу ядерных держав мира, может быть, и с опозданием, с 60-летним опозданием», – провозгласил президент Турции, испытывающий очевидные проблемы со здоровьем на фоне напряжённой кампании по выборам главы государства и парламента, которые должны пройти 14 мая.
«В свете нашего опыта в этом проекте, несомненно, мы надеемся как можно скорее принять меры для строительства наших второй и третьей атомных станций, которые планируем построить в наших разных регионах», – добавил президент Турции, поблагодарив Владимира Путина за поддержку и назвав станцию «нашей крупнейшей совместной инвестицией с Россией».
В свою очередь, президент России назвал «Аккую» «флагманским проектом», который «несёт как обоюдные экономические выгоды, так и, безусловно, способствует укреплению многопланового партнёрства между двумя нашими государствами, которое опирается на принципы добрососедства, взаимного уважения и учёта интересов друг друга». Отметил Владимир Путин и связь между «атомным» и «газовым» направлениями двустороннего энергетического сотрудничества: «Россия, безусловно, продолжит надёжно обеспечивать Турцию энергетическими ресурсами, прежде всего природным газом. Кстати говоря, после того как "Аккую" заработает на полную мощность, мы, конечно, меньше будем, наверное, поставлять природного газа в Турцию. Это дорогой продукт сегодня, и будет только дорожать, ну а Турция будет пользоваться преимуществом державы, которая имеет собственную атомную энергетику, а атомная энергетика, как известно, одна из самых дешёвых».
Выступил и генеральный директор Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) Рафаэль Гросси, двусмысленные объезды которым окрестностей Запорожской АЭС, мягко говоря, вызывали неоднозначные оценки со стороны некоторых российских экспертов. Отметив «чистый» характер атомной энергии, он упомянул об оказываемой проекту «Аккую» «технической помощи», а также о подготовке вместе с «российскими партнёрами» сотрудников, которые «будут работать на этом объекте», благодаря чему «Турция будет иметь все возможности, которые необходимы стране, безопасность и сохранять при этом свою независимость». Как отмечают в Министерстве энергетики и природных ресурсов Турции, в условиях почти удвоившегося благодаря экономическому росту с 2016 года спросу на электроэнергию строительство АЭС является «необходимостью, а не предпочтением» для снижения зависимости от экспорта энергоресурсов.
Как рассказал глава «Росатома» Алексей Лихачёв, «жизненный цикл» станции составляет не менее 100 лет, так что она имеет «все шансы встретить и двухсотлетний юбилей Турецкой Республики». Физический запуск (загрузка топлива таковым не является) запланирован на 2024 год с тем, «чтобы иметь возможность производить электроэнергию на устойчивой основе с 2025 года, как мы и договаривались».
Западные санкции осложнили заключительные этапы строительства, повлияв на логистику, не скрывает директор АЭС «Аккую» Сергей Буцких: «Транспортные маршруты становятся длиннее. Не все судоходные компании могут работать с нами. Так что здесь да, мы чувствуем санкции… Но это не повлияло на качество строительства станции». В частности, ранее сообщалось о возможных проблемах с поставкой комплексного распределительного производства Siemens Energy.
Здесь следует напомнить о безусловном мировом лидерстве России в атомной энергетике на десятилетия вперёд. Контролируя 40% мирового рынка услуг по обогащению урана и 17% рынка ядерного топлива, «Росатом» входит в первую десятку мировых инновационных лидеров в области ядерной энергетики по версии Thomson Reuters, обходя все европейские и американские компании в этой сфере. Также «Росатом» входит в десятку мировых компаний по числу патентов в сфере атомной энергетики, что предполагает наличие мощной научной школы в этой сфере. На мировом рынке урана «Атомэнергопром» занимает первое место по обогащению и второе место по объему добычи и т. д.
Впервые в мире «турецкое руководство проявило креативный подход в том, чтобы использовать инвестиционную модель "Строй – Эксплуатируй – Владей" (Built – Operate – Own)» применительно к атомной энергетике, «предложив её российской стороне и получив положительный ответ», отмечает политолог-востоковед, автор телеграм-канала «Турция – это» Иван Стародубцев. Имеются планы по строительству второй и третьей станции, включая АЭС «Синоп» с возможным российским участием (но где конкуренция с французами и южными корейцами будет, по всей видимости, гораздо острее. – Прим. авт.). Положительный опыт сотрудничества с сотнями турецких субподрядчиков может быть использован в третьих странах, в частности в Египте. Разумеется, разговоры о зависимости Турции в энергетической сфере от России несостоятельны, ибо «речь идёт о взаимозависимости. Россия инвестирует 20 млрд. долл. в электростанцию и зависит от турецкого рынка электроэнергетики, поскольку ей надо возвращать инвестиции».
Предполагаемая прибыль «Росатома» как собственника станции (то самое «владей» в вышеупомянутой триаде) после запуска проекта на полную мощность составит 4 млрд. долл. Запустить 4 энергоблока ВВЭР-1200 поколения III+ и суммарной генерацией около 35 млрд. киловатт/часов в год планируется к 2028 году. Первые 15 лет после запуска станции электричество будет продаваться отвечающей за генерацию и распределение компании Elektrik Üretim Anonim Şirketi, а остальное пойдёт на рынок. В первые 15 лет согласованный средневзвешенный тариф составит 0,1235 доллара за кВт/ч, или примерно в пять больше того, что получают генераторы электроэнергии на российском рынке, пишет «Давыдов.Индекс». В дальнейшем весь объём вырабатываемой АЭС «Аккую» электроэнергии будет продаваться на турецком рынке по ещё более высоким ценам. Вышеупомянутый расчётный срок службы электростанции 60 лет с возможностью дальнейшего продления делает проект высокорентабельным, делая реализуемую «Росатомом» в Турции схему оптимальной с точки зрения экспорта электроэнергии.
Впрочем, в эти благостные перспективы могут вмешаться обстоятельства политического характера, включая усиливающееся «вторичное» санкционное давление на Турцию вне зависимости от исхода выборов 14 мая. Протесты со стороны организаций, объединённых т. н. «антиядерной платформой», пока выглядят вполне маргинальными, однако это не означает, что в случае изменения политической конъюнктуры им не попытаются придать «второе дыхание». В частности, критики утверждают, что не получили документов об аккредитации учреждения, производящего и транспортирующего ядерное топливо из России в соответствии с отраслевыми стандартами. Кроме того, пока неясно, где и как будет создан центр по утилизации радиоактивных отходов, образующихся по мере эксплуатации объекта.
Некоторые участники оппозиционного «Стола шести» критиковали активно строительство АЭС «Аккую» за его якобы недостаточную прозрачность. Будучи в октябре 2022 года в США лидер «народных республиканцев» и нынешний кандидат в президенты Кемаль Кылычдароглу, напоминая о положительном опыте советско-турецкого сотрудничества, говорил о намерении сохранить экономические связи с Россией, полностью соответствующие национальным интересам страны. С другой стороны, сохранение полномочий действующего лидера не гарантирует и без того весьма выгодный для Турции проект, к примеру, от требований пересмотра первоначальных договорённостей в более удобную для партнёров сторону, а также от иных осложнений и «подводных рифов». Впрочем, хотелось бы надеяться, что при любых раскладах он будет играть стабилизирующую роль в далеко не безоблачных двусторонних российско-турецких отношениях.