«Исламское государство»: не так страшен черт

29 июня, 10:47



За год, прошедший после провозглашения «халифата» 29 июня 2014 г.[1], так называемое «Исламское государство» (ИГ, также известное как «Исламское государство Ирака и Леванта» и «Исламское государство Ирака и Шама») окончательно вытеснило «Аль-Каиду» и другие экстремистские организации из выпусков новостей. Объявленное чуть ли не главной угрозой всему цивилизованному миру, это запрещенное в РФ[2] террористическое квазигосударственное образование постепенно обрело откровенно демонические черты. Этому способствует его собственная «внутренняя политика» - жестокие пытки и казни, работорговля и прочие явления, типичные скорее для XI, чем для XXI века. Однако с течением времени в этом религиозно-геополитическом монстре все четче проглядывают черты западного постмодернистского проекта, слепленного на скорую руку ради решения сиюминутных политических задач и существующего во многом благодаря современным пиар-, медиа- и политтехнологиям.

«Раскрутка» ИГ происходит по всем правилам продвижения на рынок нового товара - от создания привлекательного образа т.н. «исламского государства» для определенной целевой аудитории и внедрения его в молодежную субкультуру до максимального расширения этой аудитории путем активной рекламы в социальных сетях. Об этом говорит и столь характерная для менеджеров среднего звена «проектная терминология» (применительно, например, к расширению влияния ИГ на Афганистан или  Северный Кавказ), и постоянное использование распространенных в западной культуре аудио- и визуальных «якорей» (лозунг «Доулят аль-исламия бакыя» - арабский перевод «Islamic State forever», то есть калька с традиционного «что-то - допустим, strawberry fields - навсегда»; сжигание, а теперь и утопление людей именно в клетках - так казнят в популярнейшем сериале «Игра престолов», и т.д.).

Реальная же опасность этого «проекта», во всяком случае, для России и Закавказья, существенно преувеличена, в первую очередь, в пропагандистских целях.  Чрезмерное внимание, уделяемое в последние месяцы российскими СМИ так называемому «исламскому государству», по всей видимости, призвано отвлечь внимание общества от последствий экономического кризиса и «замороженной» на время ситуации на Украине, требующей, тем не менее, скорейшего разрешения.

Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров назвал ИГ «нашим главным врагом на сегодняшний момент, …хотя бы потому, что в его составе воюют сотни россиян, граждан стран СНГ, европейцев, американцев». «Повоюют там, а затем возвращаются и устраивают гадости у себя дома»[3], - пояснил глава российского дипломатического ведомства. Для подобных опасений, казалось бы, имеются все основания. Еще 3 сентября 2014 г. в Интернете появилась видеозапись, на которой боевики ИГИЛ угрожают президенту России Владимиру Путину за помощь сирийскому коллеге Башару Асаду и прямо заявляют: «Мы с дозволения Аллаха освободим Чечню и весь Кавказ! «Исламское государство» есть и будет, и оно расширяется с дозволения Аллаха. Твой трон уже пошатнулся, находится под угрозой и падет с нашим прибытием к тебе. Мы уже в пути с дозволения Аллаха!»[4].

Однако на сегодняшний день ясно, что угрозы борцов с Асадом и Путиным оказались таким же блефом, как и потуги «Имарата Кавказ»[5] сорвать зимнюю Олимпиаду в Сочи. Российские правоохранительные органы не оставили похвальбу радикалов без внимания и провели масштабную зачистку региона, значительно снизив степень террористической опасности.

Часть боевиков, в том числе присягнувшие ИГ лидеры «Имарата», включая его главаря Алиасхаба Кебекова, ликвидирована. Соратников нового «лидера» ИК Абу Усмана Гимринского, не поддержавшего «исламское государство», осталось совсем мало. Ряд боевиков, в том числе по разным причинам не решившихся проявить себя в «Имарате», предпочли совершить «хиджру» (переселение) в самопровозглашенное «исламское государство». Исход из «Имарата», вернее, прекращение подпитки свежими силами, начался даже раньше, чем его постигли организационные проблемы. Многие потенциальные «имаратчики» оказались разочарованы как очевидным отсутствием перспектив дальнейшей вооруженной борьбы, так и интернациональным характером ИК. Те же проблемы ожидают и «исламское государство», пытающееся перехватить в регионе  хорошо потрепанную социальную базу «Имарата».

Из этого вряд ли что-нибудь получится. За последние два года ситуация на Северном Кавказе значительно стабилизировалась, хотя победу над религиозным экстремизмом торжествовать, безусловно, рано. «Имарат Кавказ» на глазах превращается в такое же виртуальное образование, как ранее - сепаратистский проект «Чеченской Республики Ичкерия»[6]. Происходит и естественная смена поколений: «имаратовцы» первого призыва уничтожены, а «электорат» исламского государства, которое старшие товарищи считают опасной сектой и называют «игишнутыми» - практически исключительно «зеленая» молодежь.

По оценкам российских и иностранных экспертов, на стороне ИГ воюет около двух тысяч выходцев из России[7]. Столько их отыскалось среди 20 миллионов российских мусульман. Журналисты неких внезапно возникающих сетевых изданий со ссылкой на «анонимного чеченского боевика» говорят о целых пяти тысячах, но это, скорее, следует рассматривать как часть пиар-проекта по «раскручиванию» темы в духе «сами пугали - сами испугались». Сюда же относятся сообщения о возможности появления у «исламского государства» ядерной бомбы в течение ближайшего года[8].

Большинство российских боевиков ИГ составляют чеченцы и дагестанцы (эксперты говорят примерно о тысяче последних, но конкретных цифр нет). По данным заместителя министра внутренних дел по Чеченской Республики Апти Алаудинова, для участия в боевых действиях на стороне ИГ в Сирию уехало 405 жителей республики. 104 из них погибли, 44 вернулись домой, попав в руки правоохранительных органов. В отношении боевиков возбуждено 88 уголовных дел[9]. Глава Ингушетии Юнусбек Евкуров заявил о 14 выходцах из республики, уехавших в Сирию, пятеро из них погибли[10]. Есть сведения и по другим республикам СКФО[11]. Говорят также о двухстах поволжских[12] и о нескольких крымских татарах. Сюда же можно добавить сотню чеченцев-кистинцев из Панкисского ущелья Грузии, примерно тысячу азербайджанцев и несколько тысяч представителей Средней Азии (наверное, таким образом и набирается пять тысяч боевиков). Общая численность всего исламистского войска оценивается в пределах 50-70 тысяч человек.

Даже если брать максимальные значения, цифры не поражают величиной. Так стоит ли преувеличивать масштаб проблемы? Концептуальные основы, на которых базируется ИГ, давно разоблачены и опровергнуты как зарубежными, так и российскими исламскими деятелями. Соответствующие фетвы выпустили саудовские, египетские, американские мусульманские богословы, к которым немного позже присоединились и российские[13]. В конце марта Совет улемов Духовного управления мусульман РФ вынес фетву, доказывающую, что «все действия ИГ, начиная от создания группировки, призыва к переселению и кончая жестокостью и публичными казнями, противоречат исламу»[14]. «Пламя вечного ада» пообещал игиловцам глава Чечни Рамзан Кадыров[15], а муфтий Чечни Салах Межиев назвал их «войском сатаны»[16].

Существование этой террористической группировки бросает тень на ислам, и борьба с ней - задача всех мусульман. Тем, кто этого не понимает, пожалуй, действительно лучше покинуть Россию: такие граждане здесь не нужны. Так что ни о каком «триуфмальном шествии ИГИЛ по Кавказу», которого с надеждой ждут представители федерального исламистского лобби, говорить не приходится.

«Это не «исламское государство», а бандитское образование, и так и нужно его называть, - убежден муфтий Северной Осетии Хаджимурат Гацалов (кстати, первым из российских исламских деятелей осудивший ИГ[17]). - Никакой потенциальной опасности для России оно не влечет, тем более, для Кавказа. Это - порождение западных спецслужб, и оно будет существовать до тех пор, пока нужно США». Дальнейшее расширение ИГ невозможно, убежден муфтий.

Попытки продвижения радикалов в сторону России будут жестко пресечены, считает он. Кроме того, значительная часть тех, кто уехал воевать на Ближний Восток, вопреки алармистским заявлениям некоторых экспертов, никуда возвращаться не собирается - не случайно они забирают с собой семьи. Большинство из них поименно известны правоохранителям, соответствующие списки составлены и частично даже опубликованы. 29 декабря 2014 г. Верховный суд России признал «Исламское государство» террористической организацией и запретил ее деятельность на территории страны. С этого дня любое участие в ней стало уголовным преступлением. География и количество приговоров, выносящихся российскими судами за вербовку, пособничество и непосредственное участие в боевых действиях на стороне ИГ, четко демонстрируют, что силовые структуры держат процесс под жестким контролем[18].

«Тех же, кто все-таки намерен вернуться, местные общины, во-первых, не примут, во-вторых, они не пользуются в них авторитетом, - констатировал муфтий Гацалов. - Авторитет - у знающих, а эти люди, прежде всего, малограмотны». Но помимо невежественных, часто просто не способных к обучению мусульман, в рядах северокавказских рекрутов ИГ «немало искренних, наивных парней, насмотревшихся в Интернете пропагандистских роликов о якобы притеснении мусульман»[19], считает религиозный деятель.

О таком способе вовлечения в игиловские сети рассказывают многие молодые ребята, вовремя остановленные сотрудниками правоохранительных органов. «Делать нечего, целый день сидел в Интернете, и постепенно углублялся, и вышел на таких людей», - поведал свою историю ингушский парень, с которым успели провести профилактическую беседу, после чего он отказался от намерения присоединиться к ИГ. Там же, в сети, нагляделся постановочных видео об унижении и уничтожении «неверными» мусульманских женщин и детей 24-летний чеченец. Он все-таки добрался до Сирии и лишь на месте понял, что стал жертвой пропаганды. Выбрался оттуда с большим трудом - «пушечное мясо», которым, несмотря на все разговоры об исламском братстве, де-факто являются выходцы с постсоветского пространства, не хотели отпускать просто так. Это - типичные истории.

Даже беглое изучение в социальных сетях (прежде всего, в «Контакте», где сосредоточились самые «наивные и искренние») профилей пользователей, которые выказывают настойчивый интерес к тематике «исламского государства» (заметим, что их совсем не так много, как может показаться по сообщениям СМИ), позволяет выделить среди них три условные группы.

К первой можно отнести молодых людей, психика которых находится в пограничном состоянии. Им мучительно скучно в реальности, где они, скорее, неудачники - отсюда многочисленные репосты «глубокомысленных» статусов про недоступных им девушек, про «крутых пацанов», которые «горой за своих», про бессмысленность и пустоту жизни, в которой им ничего не светит. Эти вчерашние школьники настолько запутались в своих политических предпочтениях, что, публикуя сегодня исламистские лозунги, забывают или не считают нужным стереть репосты из сообществ «Антимайдан», «Военный Донецк» и тому подобных, заполнявшие их страницу менее года назад. Тогда эти двадцатилетние пареньки называли себя «донецкими сепаратистами» и писали, что едут на войну в Новороссию (конечно, если это была не пустая бравада, как и грустные сообщения о несчастной любви) - сегодня они же спрашивают в тематических группах, как попасть в  ИГ. В этой категории встречаются не только кавказские и поволжские, но и русские имена. Характерно, что практически все они обожают эдакую «сентиментальщину» криминального розлива: сводя на нет роль жены или подруги, эти «разочаровавшиеся в жизни» мальчики публикуют сопливые изречения о том, что «главная женщина в жизни - это мама».

Вторая группа - молодые (в среднем 16-25 лет) мусульмане, чрезмерно увлеченные религией, но мало разбирающиеся как в ней, так и в геополитической ситуации в мире в целом[20]. Сюда же можно отнести дурочек, публикующих демотиваторы с надписями типа «Все хотят любви. Кроме меня. Я хочу в ИГ» - и изображением девушки в никабе, улетающей в «исламское государство» на связке воздушных шариков. Впрочем, «несчастная любовь» в этом детском саду обычно тоже присутствует. Получивший широкую известность случай Варвары Карауловой, по всей видимости, также относится к этой группе.

Как правило, страницы этих «юных бойцов» (нередко подписанных, одновременно со страницами об ИГ, на группы с подростковым контентом вроде «ты мечтаешь путешествовать по миру, но тебе завтра в школу» и «если любишь меня, почему ты ушел?») содержат достаточно данных для идентификации их личностей. Скорее всего, они находятся в поле зрения правоохранительных органов. Достаточно одной или нескольких профилактических бесед, чтобы подобные молодые люди оставили всякие мысли такого рода. С другой стороны, как заметил на апрельской конференции в Чечне, посвященной проблематике «исламского государства», профессор университета Анкары Салих Йылмаз, «Запад видит одну из целей существования ИГ в том, чтобы агрессивные молодые люди покинули Европу и нашли на Ближнем Востоке свою смерть». Возможно, именно в таком контексте рассматривают проблему и некоторые российские силовики.

Есть и еще одна, пожалуй, самая многочисленная категория Интернет-игиловцев. Их страницы, как правило, созданы в конце прошлого-начале нынешнего года (особенно массово - в текущем марте-апреле), на «стенах» даются одинаковые ссылки на те или иные исламистские ресурсы, сами персонажи публикуют одинаковые (дословно) комментарии в различных группах и обсуждениях, касающихся «исламского государства»[21]. У них обычно не так много - от нескольких десятков до полутора сотен - друзей, по большей части - случайных людей, не имеющих отношения (если судить по именам, содержимому страниц и аватарам) к исламу. На таких страницах нет реальных фотографий их владельцев. Обычно их заменяет флаг ИГ или какие-либо исламские символы. Можно предположить, что виртуальны не только фотографии профиля, но и «личности», которым якобы принадлежат эти страницы. А вот кто их создатели - игиловские вербовщики неопытной молодежи или выявляющие тех и других бойцы невидимого фронта - вопрос не для гражданских экспертов. Показательно также наличие в «Контакте» множества пародийных групп вроде «Имарат Донбасс», «Исламское государство Донецка и Луганска» или «Спасем телеканал «Джихад».

Осознавая опасность распространения экстремистских идей, многие общественные деятели, особенно в молодежной среде, предлагают самый простой (на их взгляд) метод борьбы с ними - противостояние в Интернете. Однако распространение хэштегов вроде #мыпротивиг или  #игнеислам, как это предлагалось, например, на вышеупомянутой конференции в Чечне, хорошо для отчетности, но не для реального противодействия радикалам. Понятно, что Интернет создает лишь определенные предпосылки, своеобразный фон для вербовки. Основная работа по мотивированию будущего боевика «исламского государства» происходит отнюдь не в виртуальном, а в абсолютно реальном мире - в мечетях, в общинах верующих, в кафе и на встречах друзей. Не говоря уже о физической переброске в ИГ. Там и должна проходить основная линия контрпропаганды и противодействия.

Если же оставить малолеток с их мотивацией «за кадром», мы оказываемся перед серьезным идеологическим вызовом. Как справедливо заметил научный сотрудник Российского института стратегических исследований Василий Иванов, в боевики идут вовсе не от бедности. «Материальные факторы не являются главным стимулом для радикал-исламистов, - полагает он. - Причиной того, что люди из разных стран едут в ИГИЛ, является джихадистское мировоззрение, которого они придерживаются, их идейные установки»[22].

Государство и общество проигрывают в битве за умы именно потому, что им нечего противопоставить идеологии ИГ - прежде всего, на идейном уровне. Противостоять религиозной идеологии может лишь другая религиозная идеология. Так называемый «традиционный ислам» не справляется с этой ролью - он слишком «традиционен», часто чрезмерно формализован и заорганизован, чтобы отвечать потребностям молодежи. Православная церковь в ее нынешнем состоянии также не способна увлечь молодых пассионариев[23]. Светское общество тем более не может предложить ничего конкурентоспособного - не считать же прорывными идеи «потребления ради потребления» и тем более «развития нанотехнологий», о которых, впрочем, уже благополучно забыли.

Костяк боевиков «исламского государства» с территории бывшего СССР составляют молодые люди 1991-1994 годов рождения (есть и постарше, но большинство - молодежь самого цветущего возраста). Они родились и выросли в условиях не просто отсутствия государственной идеологии, но и конституционного запрета на нее, падения уровня образования, слома социальных лифтов и отсутствия жизненных перспектив. Нет знаний, работы, денег, семьи, саморелизации, а главное, подвига - остается бессмысленное (вернее, откровенно вредное) сидение в Интернете с единственной целью - как-то себя занять. И потому, хотя массово поднять северокавказских и поволжских мусульман «на джихад» под лозунгами виртуального «исламского государства» не удастся, формулировка идеологической альтернативы в общероссийском масштабе остается важнейшим пунктом повестки дня.

Некоторую надежду на лучшее, как ни парадоксально, внушает недавнее празднование 70-летия Великой Победы. Может показаться странным, но немало молодых людей, активно интересующихся ИГ, в эти дни так же, как и их сверстники с другими интересами, разместили на своих страницах в соцсетях поздравления с Днем Победы или изображение георгиевской ленточки. Да, были и «игиловские ленточки», и суровые запреты праздновать «чуждые кафирские даты», но все-таки это показывает, что основы групповой самоидентификации остаются прежними. Недаром некоторые из этих парней изначально видели себя в Новороссии. Российское государство обязано обеспечить им сферу приложения усилий. И не только ради их самореализации - ради общего блага, ради защиты национальных интересов, укрепления государственности и стабильности в регионе.

Не следует преувеличивать возможности ИГ, в том числе и в области формирования смыслов. Не так страшен этот черт - в прямом смысле - как малюют его западные и некоторые российские СМИ.

 

Яна Амелина, секретарь-координатор Кавказского геополитического клуба

 

[1] СМИ: «Исламское государство Ирак и Леванта» создает «Исламский халифат». ИТАР-ТАСС, 29 июня 2014 г. http://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/1287124

[2] Решением Верховного суда РФ от 29 декабря 2014 г. Полный текст: http://nac.gov.ru/content/4881.html

[3] Лавров: США не хотят признавать, что «Исламское государство» - результат их же действий. ИТАР-ТАСС, 22 апреля 2015 г. http://tass.ru/politika/1921644

[4] «Твой трон уже пошатнулся»: боевики ИГ угрожают Путину освобождением Чечни и всего Кавказа. Портал Newsru.ua, 3 сентября 2014 г. http://rus.newsru.ua/world/03sep2014/ig_pytin.html

[5] 8 февраля 2010 г. Верховный суд РФ признал «Имарат Кавказ» террористической организацией и запретил ее деятельность на территории РФ.

[6] На одном из Интернет-форумов сторонников различных сепаратистских и исламистских «проектов» на Кавказе неоднократно обсуждалось, «что «Имарат Кавказ» делает в Сирии». «Если он называется «КАВКАЗ», почему он не на Кавказе? Почему молодёжь сотнями вербуются в Сирию?», - вопрошал один из участников дискуссии. «Потому что дома нет ловли, - отвечали ему. - Просто поехать, выкопать блиндаж и все имеющееся время тратить на борьбу с голодом и холодом, не принося никакой пользы общему делу, гробя свое здоровье - мало интересно. Но и беженцем себя осознавать не очень по кайфу. Поэтому едут в Сирию, чтобы держать себя в форме, приносить пользу, если не своему народу, то хотя бы другим угнетаемым мусульманам. Главное - перебиться какое-то время, не выпадая из обоймы, до того момента, когда можно будет уже готовую и закаленную в боях армию перебросить на Кавказ». В качестве альтернативы высказывались предложения участвовать во внутриукраинском противостоянии, воюя «с непосредственным нашим врагом, тем же, что хозяйничает на Кавказе». Но они не пользовались популярностью, поскольку «многим убеждения не позволяют воевать в Украине». Очевидно, что планы по возвращению боевиков на Кавказ столь же несбыточны, как ранее - проекты «Чеченской Республики Ичкерия». Об участии ичкерийских боевиков в украинских событиях см. здесь: «Ичкерийский» пиар на пустом месте. «Русская планета», 3 июня 2015 г. http://rusplt.ru/world/ichkeriyskiy-piar-na-pustom-meste-17323.html

[7] На стороне ИГ воюют до пяти тысяч выходцев из России. ИА «Интерфакс-Религия», 17 июня 2015 г. http://www.interfax-religion.ru/print.php?act=news&id=59161

[8] См.: СМИ: У «ИГ» может появиться ядерное оружие в ближайший год. ИА Regnum, 23 мая 2015 г. http://www.regnum.ru/news/polit/1927107.html. Поразительно, но распространяющих эту дезинформацию не смущает ее источник - содержащийся в плену у ИГ британский журналист Джон Кэнтли. Очевидно, что в его положении можно ожидать заявлений о скором появлении у ИГ инопланетного и климатического оружия.

[9] МВД: 405 человек уехало из Чечни на войну в Сирии с начала конфликта. РИА «Новости», 15 июня 2015 г. http://ria.ru/world/20150615/1070547170.html

[10] Эксклюзив: Юнус-Бек Евкуров: «Профессия военного снова становится популярной». Портал NogUasamonga, 24 июня 2015 г. http://noguasamonga.ru/policy/15-rossiya/450-eksklyuziv-yunus-bek-evkurov-professiya-voennogo-snova-stanovitsya-populyarnoj.html

[11] Всего с начала 2015 г. сотрудниками Погрануправления ФСБ по Северной Осетии выявлено и пресечено более 20 попыток выезда за границу жителей СКФО для вступления в ИГ. См.: Двое жителей КБР задержаны при попытке выехать в Сирию, чтобы воевать в рядах боевиков. ИА «Интерфакс-Юг», 3 июня 2015 г. http://www.interfax-russia.ru/South/news.asp?id=618355&p=2. Известно о как минимум 16 жителях КЧР, отправленных в Сирию двумя вербовщиками. См.: В Карачаево-Черкесии нашли вербовщиков. «Северный Кавказ», 19 июня 2015 г. http://www.sknews.ru/rubriki/law/68762-v-karachajevo-cherkesii-nashli-verbovshhikov.html, и т.д.

[12] Более 200 жителей Поволжья воюют за ИГ в Ираке и Сирии - директор ФСБ. ИА «Интерфакс», 16 июня 2015 г. http://www.interfax-religion.ru/islam/?act=news&div=59145

[13] См., например: Открытое письмо исламских ученых главарю ИГИЛ. Официальный портал главы и правительства Чеченской Республики, 18 февраля 2015 г. http://www.chechnya.gov.ru/page.php?r=126&id=16253

[14] Богословское заключение (фетва) Совета улемов ДУМ РФ относительно легитимности группировки ДАИШ. Официальный сайт Духовного управления мусульман Российской Федерации, 1 апреля 2015 г. http://dumrf.ru/islam/sermon/9147. Исламоведы говорят, что она во многом повторяет упомянутое выше Открытое письмо исламских ученых, но в этой ситуации лучше еще раз произнести общеизвестное.

[15] Кадыров пообещал террористам из ИГ «пламя вечного ада». Полит.ру, 3 сентября 2014 г. http://polit.ru/news/2014/09/03/kadyrov_vs_isis/

[16] Муфтий Чечни о дискредитации ислама. ИА «Чеченская Республика сегодня», 4 сентября 2014 г. http://chechnyatoday.com/content/view/280515

[17] Хаджимурат Гацалов: только Россия остановит насилие на Ближнем Востоке. РИА «Новости», 11 июля 2014 г. http://ria.ru/cj_opinion/20140711/1015489942.html

[18] См., например: Астраханцу, вербовавшему боевиков в ИГИЛ, Верховный суд смягчил приговор. ИА «Росбалт», 20 мая 2015 г. http://www.rosbalt.ru/moscow/2015/05/20/1400286.html (речь идет о снижении срока тюремного заключения с 5 до 4,5 лет); Жителя Мордовии осудили за финансирование «джихада» в Сирии. РИА «Новости», 16 июня 2015 г. http://ria.ru/incidents/20150616/1072500325.html (осужденный приговорен к 5 годам лишения свободы); В Карачаево-Черкесии нашли вербовщиков. «Северный Кавказ», 19 июня 2015 г. http://www.sknews.ru/rubriki/law/68762-v-karachajevo-cherkesii-nashli-verbovshhikov.html (двое жителей КЧР получили семь и три года за вербовку в ИГ); Жителя Нальчика осудили за участие в военном конфликте в Сирии. РИА «Кабардино-Балкария», 25 февраля 2015 г. http://kbrria.ru/proisshestviya/zhitelya-nalchika-osudili-za-uchastie-v-voennom-konflikte-v-sirii-6850 и т.д., и т.п.

[19] Выступление на заседании экспертного клуба «Казбек» (Владикавказ) «Конфессиональная структура Северного Кавказа», 29 апреля 2015 г.

[20] Об этом же пишет ливанская исследовательница Маха Яхья применительно к арабской действительности. По ее мнению, «вместо развития у молодых людей способностей к анализу и распространению общегражданских ценностей, образовательные учреждения занимаются в основном привитием некритического отношения к власти, а также антагонистической ментальности «мы-они». Это способствует тому, что в условиях нестабильной политической ситуации особую популярность приобретают воинственные идеологии, которые предлагают своим адептам чрезвычайно упрощенную картину мира, в котором есть только «свои» и «чужие». См.: 5 причин популярности ИГИЛ. Muslem.ru, 12 ноября 2014 г. http://muslem.ru/5-%D0%BF%D1%80%D0%B8%D1%87%D0%B8%D0%BD-%D0%BF%D0%BE%D0%BF%D1%83%D0%BB%D1%8F%D1%80%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B8-%D0%B8%D1%81%D0%BB%D0%B0%D0%BC%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE-%D0%B3%D0%BE%D1%81/

[21] Типичный пример: «Нас все больше и больше, мы уже в каждой семье и уже никто никак на нас не влияет, нас уже невозможно остановить. Несмотря на всякую грязь, которой нас пытаются облить, мы продолжаем увеличивать свое количество. Когда нас притесняют, мы становимся сильнее. Когда нас обсуждают за спиной, придумывая всякую ересь, мы несмотря на лай собак потихоньку двигаемся вперед. Пока вы в погоне за этим жалким миром, мы крепимся и объединяемся на истине. Совсем скоро мы разрушим ваши ценности, которые навязали ваши отцы и недруги. Мы очистим эти земли от язычества и новшества. Мы разгоним с улиц всех раздетых блудниц и пьяных алкашей, обкуренных наркоманов и курильщиков. Мы избавимся от беззакония и установим истинный порядок и справедливость. Уже совсем скоро над вами будет возвышаться черный флаг, который вселяет страх в ваши сердца. Если на то воля Аллаhа, вы увидите все это своими глазами, даже если это вам ненавистно!!!»

[22] Эксперт: вовсе не деньги являются мотивирующим фактором для боевиков ИГИЛ. «Русский федералист», 3 июня 2015 г. http://rusfed24.ru/2015/06/03/ekspert-vovse-ne-dengi-yavlyayutsya-motiviruyushhim-faktorom-dlya-boevikov-igil/

[23] При формулировке идеологического ответа радикалам важно не впадать в крайности, которые не будут иметь принципиальных отличий от того, чему призваны противостоять. Вариант эдакого «православного игила» предлагает, например, один из полевых командиров Луганской народной республики, известный по позывному «Боцман»: «Изменить ситуацию можно только вернувшись к религиозным корням, создав некий аналог опричнины в хорошем смысле. …Вся армия Новороссии или ее костяк должны стать таким военно-монашеским православным орденом. …Пусть это назовут «православным игилом», пусть враг потешается и ведет свое информационные контригры - наше дело победить. ..Как ты думаешь, почему новороссы так часто кричат «Аллах Акбар» во время атаки? Они таким образом выражают свои глубинные, неотрефлексированные чувства. Мы воюем не для того, чтобы просто воевать и завоевывать, а за высшие смыслы, за русскую правду против западной кривды. Но ни церковь, ни идеологи-философы не дали пока бойцам ту форму, в которой они могут выразить свои цели. Вот и приходится русским, по крещению православным пользоваться такими заимствованиями или же искать себя в неоязычестве». См. подробнее: Маша Росс, Геннадий Дубовой. Православный ИГИЛ. «Сегодня», 8 июня 2015 г. http://www.segodnia.ru/content/161634

 

Яна
 
Амелина
29 июня, 10:47